Мастер-класс А. Балабухи на Ассамблее-2011,
часть XI

10

А. Петров: (О рассказе «Перекати-небо».) …Много по поводу него было полемики, и многим этот рассказ понравился на форуме, на конкурсе у него было много восторженных читателей. На людей этот рассказ произвёл впечатление, это я статистически говорю, и впечатление произвёл благостное.

Б. Богданов: Есть претензии там…

А. Петров: Нет, претензии есть к любому рассказу.

А. Балабуха: Сейчас все выскажутся. Погодите секундочку…

(…)

А. Балабуха: Так, хорошо. Значит, «Перекати-небо». Ну, вперёд, коллеги – раз рассказ вызвал и так далее, у кого из вас чего он вызвал?

Из аудитории: Вы знаете, с одной стороны он вызвал как раз ощущение безмерной гладкости. То, о чём говорили (когда обсуждали другой рассказ, «Наследство»): когда не к чему придраться, не за что зацепиться – и в то же время остаётся ощущение пустой комнаты. Да, хорошо, пространства много, чистенький ремонт. Ничего больше я не вижу.

А. Петров: Но при этом о нём говорили.

Из аудитории: Во-первых, мне понравилась очень структура текста. Да, очень часто используются вот эти приёмы «рваного текста», когда… пластами, смещены вот эти…

А. Балабуха: Это не «рваный текст», это так называемый «метод скрещённых лент».

Из аудитории: …и выглядит это очень органично, очень хорошо это прописано, нисколько не режет глаз. Прекрасно… очень неплохо написан сам текст, не цепляется глаз ни за что. Очень органично выглядят все описания, само действие, повествование. Но вот ощущение того, что – а в чём же был конечный смысл? в чём была конечная мораль?.. Она здесь не прибита гвоздями, я не могу сказать, что она нарочито здесь выглядит. Но вот как раз вопросы к автору – остались. Что он хотел этим сказать? Ради чего? Вот именно ощущение того, что рассказ был написан под тему, на конкурс – это не наболевшее, это не что-то серьёзное, не что-то, что лично цепляет автора. Вот оно осталось, несмотря на всю эту гладь и приятность. Он действительно приятный, он оставляет после себя очень хорошие впечатления. Да, это важно, на мой взгляд. Читать его было приятно. Послевкусия – не было.

А. Балабуха: Понял.

(Из соседней аудитории доносится Святослав Логинов, крайне экспрессивно читающий свой рассказ. Возникает некое оживление.)

А. Петров: Логинов. Декламирует.

А. Балабуха: Извините, мне с Логиновым не тягаться. Он великий артист.

Хорошо. Так?.. (Обращаясь к Н. Витько.)

Н. Витько: Мне рассказ показался затянутым, причём затянутым именно… Очень долго была вот эта раскачка про мальчика, про вот эти рассуждения о полётах, могут летать – не могут летать, очень-очень-очень долго – и потом довольно кратко всё остальное: как вот он летит, как он попадает в этот город заброшенный и… В общем, концовка мне показалась даже более-менее ничего, притом что по-прежнему непонятно, что будет дальше. То есть полуоткрытый финал такой…

А. Балабуха: Почему «полу-»?

Н. Витько: Ну, с одной стороны вроде как город получил своего жителя, хотя бы одного, и такого, который этот город устроил, а с другой стороны – ну а дальше что? Вот. Но уж больно долго к этому подводилось.

А. Петров: А зато какое красивое название.

А. Балабуха: Любопытно другое: что, в сущности, рассказ небольшой, грубо говоря, пол-листа (авторского) всего-навсего…

А. Петров: Они все до полулиста. У нас просто ограничение было по объёму.

С. Удалин: Кроме внеконкурса.

А. Петров: Кроме внеконкурса, да, там до листа.

Из аудитории: Вот, кстати, поразило, что на таком небольшом объёме очень ёмко, очень красочно и очень живо прописан вот этот мир, о котором идёт речь. Настолько – как будто это действительно отрывок из очень большого серьёзного произведения. Вот это есть.

А. Балабуха: «Как будто» – что?

Из аудитории: Отрывок из очень серьёзного произведения…

А. Балабуха: (Аплодирует.)

Из аудитории: …но взятый неудачно. Как будто это такой, знаете, кусочек, когда выбирали-выбирали – но взяли не то, что надо было, а взяли вот такой (слово неразборчиво).

Б. Богданов: Только солнце (в рассказе) заходит на востоке. (Смех в аудитории.)

А. Балабуха: А почему нет на той планете? У них всё может.

Б. Богданов: Солнце не может заходить на востоке. В принципе.

С. Удалин: Это слово будет другое.

А. Петров: Потому что восток – это там, где востекает, а запад – это там, где западает. (Смех в аудитории.)

А. Балабуха: Извините пожалуйста, тут таких ляпов – у всех, практически.

А. Петров: Встаёт на западе великий Царь Природы, / И изумлённые народы / Не знают, что им предпринять: / Ложиться спать или вставать.

А. Балабуха: Так, хорошо. (Обращаясь к С. Удалину.) Серёжа, читал?

С. Удалин: Я просматривал большинство рассказов. Там странно… То, что написано очень хорошим языком – да, но ничего не отложилось.

А. Балабуха: «Не отложилось». Понял. (Обращаясь к О. Николаевой.) Оль?

О. Николаева: Вот и я неоригинальна. Он такой обтекаемый показался, как рыбка – проскочил сквозь пальцы, и ничего. Просто красивый такой, но… настолько обтекаемый, что ничего даже не сказать.

С. Удалин: В принципе, Саша прав. Название красивое – и это, наверное…

А. Балабуха: Не, название хорошее, кто спорит.

С. Удалин: …это главное достоинство рассказа.

А. Балабуха: Хотя на букву «П».

А. Петров: Вообще на самом деле рассказы со скучными названиями… Хочу сказать пару слов в защиту названий. Потому что когда перед человеком идёт список из сорока наименований, и ему нужно выбирать…

А. Балабуха: Да, на название падает глаз, конечно.

А. Петров: …есть такие стоики, которые… Вот он сразу решил, что он прочтёт всё, начинает с буквы «А» – и до буквы «Я» он долбит последовательно все рассказы. Есть такие. А если только читатель разборчивый, если он не собирается прочитывать всё, что ему предоставили, то, конечно, он начинает выковыривать либо те рассказы, которые хорошо обсуждали, которые привлекли внимание дискуссией – ему посоветовали, грубо говоря, либо он смотрит по названиям. И в этом плане, конечно…

С. Удалин: В этом плане «Убийство девочки-оленя»…

А. Петров: …»Убийство девочки-оленя» – хорошее название, хотя никакого отношения не имеет к происходящему в рассказе. (Смех в аудитории.)

Из аудитории: Это, по-моему, не самый лучший вариант, когда название делается ради того, чтобы его выхватили из списка.

А. Петров: Так нет, название – это часть текста. Вот точно так же, как то самое первое предложение или первый абзац в романе, который если не зацепил читателя – то он поставил книжку обратно на полку. Название – это ещё важнее.

А. Балабуха: Безусловно.

А. Петров: Вот оно стоит… Если оно называется как-то уныло совершенно и просто – никто читать его не будет. Вот.

Вообще на самом деле интересно будет – ну, это немножко не по теме нынешнего мастер-класса – но интересно будет как-нибудь потом… даже вам (обращаясь к Б. Богданову), наверное, будет интересно, вы любите всяческие конкурсные статистики, посмотреть, как коррелирует меткость названия с количеством прочтений.

Из аудитории: Кстати, да, это интересно, действительно.

А. Петров: Потому что у нас, в общем-то, цифры достаточно большие, читателей много, и просто посмотреть…

А. Балабуха: Но это ещё надо сочетать просто с анализом степени удачности названия, не только имея в виду привлечение внимания, но и имея в виду адекватность тексту. Нет, три пункта: адекватность тексту, способность обратить на себя внимание и суммарное влияние на популярность текста.

Из аудитории: Маркетинговый ход: чтобы оно продвигало текст (дальше неразборчиво).

А. Балабуха: Поскольку обращение внимания… Если бы не это, я бы не стал об этом говорить.

А. Петров: Конкуренция большая в любом сборнике… (Из соседней аудитории громкие продолжительные аплодисменты, практически ничего не слышно. Общий смысл такой: и сборники, и романы – приходишь в магазин, а там огромные стеллажи заставлены книгами, названия которых ничего не говорят, не привлекают внимания и не заставляют задуматься.) Удачное название – даже если содержание будет совершенно несоответствующее – ну вот я так считаю, – и, может, текст совершенно негодный – удачное название заставляет как минимум человека остановиться и присмотреться.

А. Балабуха: Об этом в своё время целая книжка была, называлась «Муки заголовка», есть у меня такая дома. Там очень любопытное исследование было.

А. Петров: Но это тоже талант надо иметь. Логинов, к примеру, тот же самый, говорил, что названия у него не получаются совершенно, и Кубатиев соглашался, говорил: «да, названия у тебя совершенно дрянные, все». (Смех в аудитории.)

С. Удалин: Не, ну чисто по конкурсу никакой зависимости я не увидел. Вещи, которые… под названием… ну, вот это должна быть вещь! – ан нет.